Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

АЛЕКСАНДР БЛОК И ГЁТЕ - часть 1

Об отношении Александра Блока к личности и творчеству Гёте В российском литературоведении написано сравнительно немно Го2, — при этом преобладают достаточно скупые указания на от Дельные сходства и аналогии, не касающиеся вопроса о значении Гёте для творчества Блока в целом. В классическом труде В. М. Жирмунского “Гёте в русской литературе” о Блоке — ни сло Ва. В 1920— 1930-е годы проводились параллели между розенкрей Церской символикой у Гёте (”Таинства”, “Symbolum”) и Блока (”Роза и Крест”). Так, в книге Жирмунского “Поэзия Александра Блока” эпический фрагмент Гёте “Таинства” упоминается в кон Тексте драмы “Роза и Крест”3. М. П. Алексеев, вслед за В. М. Жир Мунским и П. Н. Медведевым разрабатывая “розенкрейцерскую” Тему у Блока, указывает, что гётевскую символику Блок мог заим Ствовать через Тютчева, в частности через его стихотворение “Два Голоса”, из которого Блок предполагал взять эпиграф к драме “Ро За и Крест” и в котором усматривается влияние “Symbolum” Гёте4. При этом, по мнению Алексеева, и Блок и Тютчев как поэты по су Ществу трагические полемизируют с гармоническим и оптимистиЧеским миросозерцанием Гёте; у Блока эта полемика более всего Ощутима в образе Бертрана.

Современные авторы, занимающиеся историей восприятия Гёте в русской культуре XX века, в основном ограничиваются об Щими сопоставлениями или указаниями на роль “вечной женст Венности” в творчестве Блока, связывая этот комплекс образов и Представлений преимущественно с влиянием Владимира Соловье Ва. С точки зрения Р. Ю. Данилевского, образ Гёте “Блок строил, Скорее, по Владимиру Соловьеву. … Вагляд Блока на поэзию по Меньшей мере не противоречит взглядам Гёте и может иметь кос Венную связь с ними (через Вл. Соловьева, А. Григорьева, В. Жу Ковского), особенно в том, что касается идеи гармонии между при Родой и искусством и торжества над обоими вечного божественНого начала…

“5 Г. В. Якушева характеризует Блока как “поклонни Ка, знатока и пропагандиста” творчества Гёте, ссылаясь при этом На эссе Блока “Крушение гуманизма”6. В. Б. Микушевич просле Живает некоторые трансформации “вечной женственности”, ве Александр Блок и Гёте 65 Дущие от “Слова увещательного к морским чертям” Владимира Соловьева к поэтам русского символизма, в том числе и к Алексан Дру Блоку (Прекрасная Дама и Катька из “Двенадцати”). Транс Формация эта, по Микушевичу, заключается в том, что для Гёте “вечная женственность все еще там и влечет нас туда, ввысь, а Для Соловьева она уже здесь, и потому просто влечет нас по какой То фатальной необходимости1′7. В подтексте данной фразы авто Ра — финальная сцена “Фауста”. Весьма скупы комментарии и зарубежных авторов: Рольф-Ди Тер Клюге, например, проблеме “Блок и Гёте” посвящает один аб Зац в своей книге “Западная Европа и Россия в мировоззрении Александра Блока”. Клюге вскользь касается критической оценки Блоком перевода гётевского “Посвящения” Пастернаком, упоми Нает также редакторские замечания Блока по поводу перевода “Торквато Тассо” В. Зоргенфреем. Но финальный вывод неутеши Телен: “В целом же творчество Гёте…

оставалось для него (Бло Ка. — А. Е.) чужим, он не нашел своего личного подхода к произве Дениям Гёте, если не считать представлений о “вечно-женствен Ном”, которые привлекли внимание Блока к финальной сцене вто Рой части “Фауста”8. Однако проблема восприятия Блоком творчества и личности Гёте не исчерпывается приведенными выше соображениями.

Прежде всего укажем: с наследием Гёте Блок был хорошо знаком Еще до увлечения поэзией Владимира Соловьева, о чем говорят со Ответствующие места из автобиографии поэта, а также свидетель Ства его родных и близких. Хорошим знанием Гёте будущий поэт Мог быть также обязан своему отцу, Александру Львовичу, чьими “любимцами”, по утверждению М. А. Бекетовой, были “Гёте, Шек Спир и Флобер”9. В письмах А. Л. Блока к сыну нередки цитаты из Гёте в подлиннике10. Гёте был неотъемлемой частью либерально Демократической “бекетовской культуры”, к концу XIX столетия Его наследие прочно входило “в систему духовных ценностей рос Сийской интеллигентной семьи”11. Не следует забывать и то, что к Началу XX в. в России сложилась богатая традиция переводов из Гёте, которую Блок, безусловно, хорошо знал12.

Особое значение Для молодого Блока (как и для Владимира Соловьева) имел перевод “Фауста”, выполненный Афанасием Фетом (об этом ниже). Наконец, в контексте символистской культуры “жизнестрои Тельства” Гёте играл важнейшую роль как создатель влиятельных Моделей жизненного поведения, воплощенных в таких образах, Как Вертер, Фауст, Вильгельм Мейстер, герои “Избирательного Сродства”.

Неслучайно образы из Гёте возникают у символистов в Знаменательные, “роковые” периоды их жизни и творчества. Так, В переломное для Вячеслава Иванова время встречи с Л. Д. Зиновь Евой-Аннибал (1895) Гёте обладал для него непререкаемым авто Ритетом13.

У Блока интерес к Гёте также обостряется в переход 66 A. B. Ерохин Ные периоды — в юности и на закате дней. Блок не переводил Гё Те — но в конце жизни, занимаясь редактированием художествен Ных текстов для издательства ”Всемирная литература”, давал от Зывы на чужие переводы — Н. Холодковского (”Фауст”), Б. Пас Тернака (”Посвящение”), Коломийцева (Две сцены из “Фауста”)14, “Торквато Тассо” в переводе В. Зоргенфрея15.

Ряд его поэтических Произведений обнаруживает прямые и косвенные переклички с Идеями и образами великого немца. В статьях, письмах, дневни Ках, записных книжках Блока мы встречаем как восторженные, Так и полемические суждения о творчестве Гёте. Одна из задач Данной статьи — по возможности упорядочить эти суждения, расСеянные по обширному художественному и эпистолярному насле Дию Блока, учитывая также свидетельства людей, близко знавших Поэта и оставивших воспоминания о нем.

Пожалуй, впервые гётевская образность отчетливо звучит в Ранних стихах Блока “Настал желанный час. Природа…” (написа Но 25 июля 1899 г., впервые опубликовано в “Неизданных стихо Творениях” Александра Блока в 1926 г.) и “Сомкни уста. Твой голос Полн…

” (стихотворение датировано 26 июля 1899 г., окончательная Редакция — 1910 г., впервые напечатано в “Собрании стихотворе Ний” 1911 г.). В рукописных вариантах стихотворениям предпосла Ны эпиграфы из гётевского “Фауста” в переводе А. Фета. В первом Случае это “Почиют в глубине сердечной / Все злые помыслы и Сны, / Полны любви мы бесконечной, / Любовью к Богу мы пол Ны”. Само стихотворение Блока представляет собой ироническое Раскрытие парадокса, заключенного в эпиграфе и “укрывающего” Зло в душевных глубинах человека. У Блока “добро спокойно дре Млет” и бодрствуют лишь “злые” — “Вы, злые, / Всю ночь очей вам Не сомкнуть!

/ Пусть ваши язвы роковые / Вам не дадут на миг Вздохнуть!” (I, 423-424). Упомянутый фрагмент перевода Фета, по-видимому, играл Важную роль в обиходе Блока и его друзей-оппонентов, москвичей Сергея Соловьева и Андрея Белого. 5 октября 1903 г. СМ.

Соловь Ев признается Блоку: «Я люблю оставаться вечером один в кварти Ре за чаем. Становится совершенно тихо, самовар шипит, кот спит, Передо мной лежит приятная книга и “Полны любви мы человеч Ной, любовью к Богу мы полны”. Тогда в тишине слышно, как мед Ленно, но верно кладется основа царствия божия и протягивается Рука ко всем немногим строителям его»16.

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » АЛЕКСАНДР БЛОК И ГЁТЕ - часть 1 . Литературные сочинения!

АЛЕКСАНДР БЛОК И ГЁТЕ - часть 1