Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

ФАУСТОВСКИЕ КОНТАМИНАЦИИ ВАЛЕРИЯ БРЮСОВА И СЕРГЕЯ ПРОКОФЬЕВА - часть 4

От очевидных гётевских аллюзий Прокофьев отказался и решил закончить свою оперу “на бурных Выкриках”24. Однако и после правок первой редакции оперы финал судьбы Ренаты продолжал напоминать о Гретхен Гёте — Гуно.

Рупрехт же В трактовке Прокофьева не нес в себе фаустовского начала, а был Скорее верным рыцарем и трубадуром своей Прекрасной Дамы, Придавая трагической истории Ренаты легкий оттенок куртуазно Сти. Именно Рената и находится на первом плане повествования Прокофьева — в этом он близок Гуно, который первоначально на 112 Г. Г. Ишимбаева Звал свою оперу на сюжет первой части трагедии Гёте не “Фауст”, А “Маргарита”. Но, в отличие от французского композитора, Про Кофьев оставил в стороне сексуальную подоплеку и мистическую Сторону сюжета о погибшей возлюбленной Фауста: ему было важНо показать психологическую драму экзальтированной любви неУравновешенной женщины.

Рената Прокофьева в этом смысле Как бы продолжает и углубляет его же Полину из оперы “Игрок”, Написанной им по материалу романа Достоевского (1915—1916). «В “Огненном ангеле” божественного мало, но оргиастического Тьма»25, — заявлял композитор. И был, конечно же, прав, так как Символистский уровень романа Брюсова и его глубинная связь с Трагедией Гёте “Фауст” не могли быть ему известны. Прокофьев — Человек другого, чем Брюсов, поколения, прочитал роман “Огнен Ный ангел” и задумал оперу в 1919 г., будучи в Америке, где крут его Общения с русской диаспорой был достаточно ограничен и где у не Го не могло быть консультантов по вопросу жизне и мифотворчест Ва русских символистов.

Поэтому мужские партии главной сюжет Ной линии лишены фаустовского оттенка в музыкально-драматурГическом рисунке и выполняют в некотором роде подсобную функ Цию. Их задача заключается в том, чтобы помочь более полному Раскрытию лирико-драматической женской партии, которая сце Нически перекликается с партией Гретхен Гёте-Гуно. Иное дело историко-фольклорный и мифопоэтический уровни Романа Брюсова, связанные с образами Фауста и Мефистофеля; Они были хорошо прочувствованы и музыкально преобразованы Прокофьевым. “Странствующий скиф”, Сергей Прокофьев в 1922 г. поселил Ся на юге Германии, в Баварии.

Здесь, в Эттале, где жизнь словно Приостановилась еще в средние века, он завершил черновую рабо Ту над оперой. Композитор черпал вдохновение в самой атмосфе Ре прекрасных Баварских Альп, насыщенных воспоминаниями о Прошлом и излучавших энергию давно прошедших дней. В сосед Нем городке, Обераммергау, раз в 10 лет разыгрывались средневе Ковые мистерии о страстях Христовых, и Прокофьеву повезло по Бывать на одном таком представлении, в котором участвовали все Жители округи. На рабочем столе композитора лежал испещрен Ный заметками экземпляр романа Брюсова, иллюстрированный Средневековыми гравюрами.

Наконец, само местечко Этталь звуЧало камертоном к повествованию о судьбе женщины, обвинен Ной в ведовстве и погибшей от рук инквизиции. По убеждению Прокофьева, которое он передал своим близким, именно в Эттале И в его монастыре побывали во время своих странствий и поисков Генриха герои Брюсова, здесь же неподалеку происходили ведьМовские шабаши. Одним словом, погружение в атмосферу немецкой средневе Ковой старины послужило необходимым толчком для продолже “Огненный ангел”: фаустовские контаминации В. Брюсова и С. Прокофьева 113 Ния и окончания застопорившейся во время пребывания в АмериКе работы над задуманной оперой. Таким образом, историзм оперы Прокофьева имеет несколько Иной характер, чем историзм романа Брюсова. У последнего исто Рико-фольклорная основа произведения определялась фаустов Ским архетипом, связанным с реально существовавшими странстВующими учеными, которых суеверная людская молва связала с Люцифером, — с историческим Фаустом и Агриппой Неттесгейм Ским.

У Прокофьева эта сторона сюжета брюсовского романа даЕтся пунктирно — постольку, поскольку она связана с основной Линией повествования о молодой женщине, страдающей нервным Заболеванием и обвиненной в греховных связях с дьяволом. Ему Было важно показать совершенно правдоподобные события, по Священные одному из многих тысяч в средневековой Европе “про Цессу колдуньи”. Поэтому, например, составляя сценарий оперы, Он решительно отказался от сценически выигрышного эпизода “шабаша ведьм” (IV глава романа), сосредоточившись на трагедии Ренаты и на борьбе самоотверженного Рупрехта за исцеление ее Сознания. Прокофьев в своем сценарии “Огненного ангела” стремился Приблизиться к жанру исторической народной драмы.

Поэтому, Не удовлетворенный камерностью начальных эпизодов романа, он Планировал ввести в оперу хоровую сцену, в которой Рената и Ру Прехт сталкиваются с разъяренной толпой суеверных крестьян, и Сцену религиозной процессии на улицах Кельна26. Оба задуманНых эпизода, хоть и остались лишь в качестве неопубликованных Набросков Прокофьева к либретто по роману Брюсова, ясно опре Деляют пути поисков композитора в области драматургического Жанра “Огненного ангела”. Кульминационный финал оперы, изо Бражающей суд инквизиции над “ведьмой” Ренатой, выражает, Пожалуй, с наибольшей полнотой своеобразие прокофьевского Музыкально-драматургического эпоса в форме грандиозного симФонически-хорового действия, которое приближается к народноИсторической драме. Этот опыт Прокофьева-либреттиста свидетельствует о серьез Ном влиянии на него драматургии Шекспира, которое русский Композитор начал испытывать в эти годы (в последующем увлече Ние шекспировской драматургией приведет к созданию Прокофь Евым нескольких произведений разных музыкальных жанров по Трагедиям английского классика: в 1933 — музыки для спектакля в Московском Камерном театре “Египетские ночи”, в котором была Использована пьеса “Антоний и Клеопатра”, в 1935— 1936 — бале Та “Ромео и Джульетта”, в 1937— 1938 — музыки к “Гамлету” для Малого симфонического оркестра).

В сценически переработанном Прокофьевым тексте “Огнен Ного ангела”, однако, в большей степени ощутимы традиции не 114 Г. Г. Ишимбаева Столько трагедий, сколько исторических хроник Шекспира с их Свободным, не ограниченным ни рамками времени, ни рамками Места действием; с их короткими, быстро сменяющимися сцена Ми; с их воссозданной картиной широкой, многосторонней жизни Старой Англии ли, Древнего Рима или средневековой Италии. Можно предположить, что Прокофьев был пленен грандиозно Стью размаха шекспировских исторических хроник, воспроизво Дящих дух сумрачной напряженной эпохи, и имел их перед своим Внутренним взором, когда вносил в брюсовский текст сцены, в ко Торых воля людей, сопричастных своему времени, образует осно Ву исторического движения.

Показательно, что по этому же пути чуть раньше Прокофьева Пошел Ромен Роллан, писатель и профессиональный музыкант, ко Торый свою эстетическую программу изложил в статьях книги “Народный театр” и апробировал в драмах “Театра Революции”. “В основе роллановской театральной эстетики, — как заметил Критик, — социально грандиозная, подлинно эпическая задача, Подлинно эпический стиль: действие широкого размаха, фигуры, Сильно очерченные крупными штрихами, стихийные страсти, проСтой и мощный ритм; не станковая живопись, а фреска; не камер Ная музыка, а симфония”27. На сближение театра с действительно Стью, на изображение стихии народного движения, обусловленно Го конкретно-историческими обстоятельствами, нацелен и С. Про Кофьев, который, исходя из средневековой ауры Этталя, воссозда Ет стиль и атмосферу жизни Германии эпохи Контрреформации. “Огненный ангел” Прокофьева, таким образом, существенно Отличается от символистского романа Брюсова, где при помощи Фаустовского архетипа расшифровывалась сокровенная тайна Бытия.

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » ФАУСТОВСКИЕ КОНТАМИНАЦИИ ВАЛЕРИЯ БРЮСОВА И СЕРГЕЯ ПРОКОФЬЕВА - часть 4 . Литературные сочинения!

ФАУСТОВСКИЕ КОНТАМИНАЦИИ ВАЛЕРИЯ БРЮСОВА И СЕРГЕЯ ПРОКОФЬЕВА - часть 4