Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ В ДОШКОЛЬНОЙ ДЕТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ - часть 2

Пропп и Грима как структуралисты ограничиваются морфологическим анализом, т. е. анализом функций, отрицая наличие устойчивого значимого соответствия между функциями и их исполнителями. В то же время в "Морфологии сказки" неоднократно отмечается продуктивность анализа не только функций, но и переменных элементов сказочной структуры для выявления значения сказки. К таким переменным элементам относятся способы исполнения функций, персонажи, их атрибуты и мотивировки (Пропп, 77, 97, 99-100). "Под атрибутами, - пишет Пропп, - мы понимаем совокупность всех внешних качеств персонажей: их возраст, пол, положение, внешний облик, особенности этого облика и т. д. Эти атрибуты придают, сказке ее яркость, ее красоту и обаяние" (Пропп, 96). Обращаясь к выявлению  культурных смыслов сказки, исследователь признает, что распределение функций по персонажам имеет достаточно устойчивый характер. В связи с этим он вводит понятие сказочного канона. "Если персонаж определен со стороны функций, напр., как даритель, помощник и т. д., и выписано в рубрике все, что о нем говорится, то получается чрезвычайно интересная картина. Весь материал одной рубрики может рассматриваться совершенно самостоятельно сквозь весь сказочный материал. Хотя эти величины и представляют собой элементы переменные, но и здесь наблюдается большая повторность. Наиболее часто повторяющиеся, наиболее яркие формы представляют собой Известный сказочный канон" (Пропп, 97).

Пропп выделил три основные рубрики для изучения атрибутов персонажей: облик и номенклатуру (список действий, определяемых функциями), особенности появления и жилище - и описал сказочные каноны нескольких персонажей. Так, Баба-Яга имеет имя, обладает специфическим обликом, характерным для нее жильем и способом появления и передвижения. Все эти признаки связаны воедино и  ассоциируются с функцией Яги как помощника, отправителя героя, а также имущественного женского персонажа, представляющего архаическую богиню жизни - смерти (Hubbs, 1988).

Нашей задачей было дополнить морфологический анализ Проппа-Грима гендерным дискурсивным анализом. Мы исходим из того, что в целом структуралистский морфологический анализ нарратива не сензитивен к субъекту действия. Пропп пишет: « воля персонажей, их намерения не могут считаться существенным мотивом для, их определения. Важно не то, что они хотят сделать, не чувства, их наполняющие, а их поступки как таковые, оцененные и определенные с точки зрения их значения, для героя и для хода действия» (Пропп, 90). Феминистская критика (и не только, феминистская) объективистской методологии подчеркивает, что, игнорируя характеристики субъекта действия, мы не можем понять культурное значение сказки. Введение "субъективной" перспективы предполагает внимание к таким позициям, субъекта, как пол, возраст, семейный и социальный статус, властная позиция. На ваш взгляд, значение нарратива (смысл сказки) меняется, если меняются исполнители устойчивых функций.

Признавая ограничения функции структуралистского подхода (реконструкция композиции через анализ последовательности сказуемых), мы приходим к необходимости использовать для наших целей дискурсивный анализ (реконструкция смыслов через положения, дополнения, определяющие сюжет, и пр.). Единицей ‘ дискурсивного анализа в нашем исследовании является Гендерная дискурсивная конфигурация. Под гендерной дискурсивной конфигурацией мы понимаем распределение одобряемых функций и атрибутов героев в соответствии с их полом и взаимодействия персонажей разных полов по ходу действия сказки. Гендерный дискурсивный анализ предполагает выделение устойчивых связей между полом: персонажей, их качествами и исполняемыми ими действиями, а также выявление социальной позиции персонажа в разнообразных отношениях (между полами, с волшебными силами, с властными структурами, другими возрастными группами и т. п.).

Итак, для нас наиболее важным атрибутом является пол персонажей, в соответствии с которым рассматриваются все остальные атрибуты, функции, мотивировки, составляющие канон. Тем самым мы реконструируем гендерное измерение сказочных канонов.

При анализе сказок, читаемых российским дошкольникам, мы фокусировали. внимание на соотношении пола и атрибутов-функций персонажей в контексте их  сказочных отношений. Нам было важно выяснить, кто - мужчина или женщина - являются субъектом нарратива, какие функции они выполняют, как различаются испытания, через которые проходят герои разного пола, в какие властные отношения, они вовлечены, как строятся гендерные отношения, в каких сферах деятельности участвуют мужчины и женщины.

Дополняя морфологию гендерным дискурсивным анализом, мы выходим за рамки структурализма и реконструируем смыслы, содержащиеся в нарративе, связывая их. в контекстуальную целостность.

Исследование показало, что детская литература содержит достаточно ясно артикулированную оценку героев и их действий, таким образом, одобряя или не одобряя тот или иной стереотип. При отсутствии в сказке этого оценочного элемента (который может расцениваться как дискриминирующий) сказка теряет смысл и назначение. Это продемонстрировано в сказках, предписанных в рамками "политической корректности" (Garner, 1994). Автор пишет во введении, что целью сказок являлись "закрепление патриархата, отстранение людей от их естественных импульсов, демонизация "зла" и "вознаграждение" "объективного" "добра" (Garner, 1994; iх). Отсутствие оппозиций в нарративе, бесконфликтность и плюрализм делают его непригодным в качестве социализирующего инструмента, лишают сказку основных сказочных категорий "добра - зла".

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Отталкиваясь от морфологической структуры сказочного стереотипа, мы концентрируем внимание на презентации этого стереотипа в определенной гендерной дискурсивной конфигурации.

Первая типизация гендерной конфигурации, которую мы вводим, - эта различение сказок по субъекту. По критерию начальной ситуации субъекта-героя Пропп выделяет два типа сказок. Для сказок первого типа характерно, что герой и его семья находятся в ситуации Искателя (отец и три сына). В сказках второго типа в начальной ситуации герой и его семья находятся в положении Жертвы вредителя (три дочери царя) (Пропп, 94). Герой-субъект сказочного нарратива - всегда имеет пол, а значит, является гендерно специфичным. Чаще всего в тех случаях, кого субъектом является женщина, она оказывается в начальной ситуации жертвы вредителя-злодея. Виктимизация - одна из характерных гендерных конфигураций центрального женского образа сказки. В сказках, где субъектами выступают мужчины, предлагается несколько сюжетных вариаций начальной ситуации. Здесь виктимизация героя не является непреложной.

Рассмотрим подробнее композиции этих двух типов сказок с "гендерной разметкой", а затем обратимся к анализу бродячих сюжетов, выделяя сказочные каноны различных персонажей.

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ В ДОШКОЛЬНОЙ ДЕТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ - часть 2 . Литературные сочинения!

ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ В ДОШКОЛЬНОЙ ДЕТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ - часть 2