Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Из какой шинели вышел Грушницкий? - часть 1

"Свет не простит естественности, свет не терпит свободы, свет оскорбляется сосредоточенной думой; он хочет, чтоб вы принадлежали только ему, чтоб только для него проматывали свое участие, свою жизнь, чтоб делили и рвали свою душу поровну за каждого… Заройте глубоко высокую мысль, притаите нежную страсть, если они мешают вам улыбнуться, рассмеяться или разгруститься по воле первого, кто подойдет. Свет растерзает вас, и он терзал княжну". Нет, эти строки не о княжне Мери, а о безымянной героине повести Н. Ф. Павлова "Ятаган"(1835). Это произведение было издано автором в 1835 г. в книге "Три повести", которая получила большую известность у читателей. Доброжелательно отозвался о "Трех повестях" Пушкин, достаточно высоко оценивший талант автора: "Три повести г. Павлова очень замечательны и имели успех вполне заслуженный. Они рассказаны с большим искусством, слогом, к которому не приучили нас наши записные романисты". Повести Павлова, конечно, были хорошо известны Лермонтову.

На некоторое сходство "Ятагана" и лермонтовской "Княжны Мери" обратил внимание поэт и литературный критик С. П. Шевырев в своей рецензии на "Героя нашего времени", опубликованной в журнале "Москвитянин" в 1841 г. Княжне, главной героине повести Лермонтова, Шевырев вынес суровый приговор: "<…> Княжна — произведение общества искусственного, в которой фантазия была раскрыта прежде сердца, которая заранее вообразила себе героя романа и хочет насильно воплотить его в каком-нибудь из своих обожателей. <…> В ней все природные чувства подавлены какою-то вредною мечтательностью, каким-то искусственным воспитанием. <…> Мы прощаем княжне и то, что она увлеклась в Грушницком его серою шинелью и занялась в нем мнимою жертвою гонений судьбы… Заметим мимоходом, что это черта не новая, взятая с другой княжны, нарисованной нам одним из лучших наших повествователей. Но в княжне Мери это проистекло едва ли из естественного чувства сострадания, которым, как перлом, может гордиться русская женщина… Нет, в княжне Мери это был порыв выисканного чувства…" ("Москвитянин". 1841. Ч. 1. Кн. 2. С. 525—526; статья переиздана в кн.: М. Ю. Лермонтов: Pro et contra. Личность и творчество Михаила Лермонтова в оценке русских мыслителей и исследователей. Антология. СПб., 2002. С. 87).

Оставим на совести критика незаслуженно строгую оценку лермонтовской героини. Она вызвана убежденностью, что все мысли и чувства княжны Мери — поверхностны, а сама она и подобные ей девушки высшего общества — не органическое явление русской жизни, а искусственное следствие западных литературных и культурных влияний. Но что же эта за княжна, так же, как и Мери, проникшаяся симпатией к молодому человеку в солдатской шинели. Это и есть героиня павловской повести "Ятаган".

История, рассказанная в "Ятагане", такова. Молодой человек Бронин произведен в корнеты — в первое офицерское звание (в кавалерийских войсках). Он безумно рад новому офицерскому мундиру: "О, как шел к нему кавалерийский мундир!.. как весело, как живо, как ребячески вертелся он перед зеркалом!.. <…> Как приятно рисовались шелковистые ресницы юноши, когда он опускал довольный взгляд на свои новые эполеты!" Бронин приезжает в деревню к матери и влюбляется в соседку—княжну. Его соперники — начальник Бронина, полковник, и некий адъютант. Пустячная обида приводит к дуэли между корнетом и адъютантом. На дуэли Бронин убил соперника наповал и был разжалован в солдаты. Он по-прежнему ездит к княжне, которая ему симпатизирует. Ей нравится необычное положение Бронина, участь страдальца (хотя под начальством все того же полковника ему служится весьма вольготно). "<…> По странной несообразности она украсила суровое звание Бронина всеми розами воображения, так что казалось, офицерский мундир только отнимет у него какую—нибудь прелесть, а ни одной не прибавит. <…>

В нем видела она не грубого солдата под серой шинелью: для нее это был солдат романсов, солдат, который при свете месяца стоит на часах и поет<…>; это был дезертир, юный, пугливый и свободный; увлекательно прелестный простотой своего распахнутого театрального мундира, с легко накинутой фуражкой, с едва наброшенным на шею платком; для нее это был человек, разжалованный не по обыкновенному ходу дел, но жертва зависти, гонений, человек, против которого вселенная сделала заговор, и княжна вступалась за него и взглядывала так гордо, так нежно, как будто столько любви у нее, что она может вознаградить за ненависть целого света.

<…>

Солдатский мундир так ей нравился, что однажды она спросила у Бронина: зачем ходит он во фраке?"

Однако любовь к солдатской шинели причудливо уживается в душе княжны с досадой, что он разжалован и утратил свое прежнее положение в обществе. Полковник, обнаружив в Бронине опасного соперника в своих планах жениться на княжне, начинает тиранить разжалованного корнета, но вскоре спохватывается и предоставляет ему прежнюю свободу. Бронин получает прощение из Петербурга, но известие об этом не может удержать его сводящей с ума жажды отомстить. Бронин убивает полковника ударом ятагана и сам умирает после жестокого наказания розгами.

Княжна Мери, подобно героине "Ятагана", симпатизирует Грушницкому, видя в нем страдальца. В этом ее убеждает солдатская шинель, которую он носит. Печорин прав, когда язвительно замечает Грушницкому: "<…> солдатская шинель в глазах всякой чувствительной барышни делает тебя героем, страдальцем". Доктор Вернер сообщает Печорину: "Княжна сказала, что она уверена, что этот молодой человек в солдатской шинели разжалован в солдаты за дуэль. Княжна разочарована, узнав от Печорина, что Грушницкий на самом деле юнкер, а не разжалованный офицер, как она полагала.

Но история солдатской шинели Грушницкого вовсе не похожа на историю солдатской шинели Бронина. Солдатская шинель Грушницкого — эффектная одежда, призванная вызвать к нему в обществе интерес и сострадание. Грушницкий носит ее добровольно, и она является неким подобием театрального костюма в том жизненном спектакле, который разыгрывает этот персонаж. "Он так часто старался уверить других в том, что он существо, не созданное для мира, обреченное каким-то тайным страданиям, что он сам почти в этом уверился. Оттого-то он так гордо носит свою толстую солдатскую шинель" — иронизирует Печорин. Но, получив офицерское звание, Грушницкий безумно радуется новому мундиру: "<…> Сколько надежд придали мне эполеты… О, эполеты, эполеты! ваши звездочки, путеводительные звездочки… Нет! я теперь совершенно счастлив".

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » Из какой шинели вышел Грушницкий? - часть 1 . Литературные сочинения!

Из какой шинели вышел Грушницкий? - часть 1