Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Платон Каратаев глазами Пьера Безухова

При этом Каратаев дан в романе как фигура традиционная. В характере Каратаева Толстой раскрывает тип той «большей части крестьянства», которая, по выражению Ленина, «плакала и молилась, резонерствовала и мечтала… - совсем в духе Льва Николаича Толстого». Рассказ Каратаева о его личной судьбе по существу не содержит в себе ничего одиозного. Он служит иллюстрацией прочного семейно-хозяйственного быта в крестьянстве. Рассказ о купце, простившем разбойника, виновника своих бедствий (наиболее острый идеологический момент в образе Каратаева), является одним из сотен подобных рассказов, веками ходивших по русской земле. Предельная гипербола альтруизма, составляющая идейный смысл этого рассказа, в условиях диких нравов средневекового варварства знаменовала собой борьбу за торжество высокого этического начала, провозглашала преодоление эгоистических инстинктов, и потому с таким восторгом передавалась из уст в уста. Несомненно, что Толстой нарочито сгустил краски, рисуя образ Каратаева архаическими речевыми средствами в духе «древнего благочестия». Несомненно также и то, что моральные формулы и образцы, служившие ориентирами для патриархального народного сознания, были наивны и нередко уводили в сторону от социальной борьбы, но они способствовали формированию того высокого морального облика русского крестьянина, который засвидетельствован многими памятниками древнерусского эпоса и произведениями классической литературы. Этот высокий моральный облик умение преодолевать эгоистические инстинкты, ограничиваясь скромным минимумом для удовлетворения личных потребностей, никогда не терять самообладания, сохранять оптимизм, и приветливость к окружающим - Толстой считал с полным основанием чертой народной и, как образец, противополагал ее порочным явлениям дворянской жизни и захватнической войны. Каратаев появляется в романе не сам по себе, а именно как контраст после сцены расстрела, которая окончательно лишила Пьера моральной точки опоры, и Каратаев оказался необходим в качестве антитезы, дающей ориентир, противоположный миру порока и злодеяния и ведущий героя в крестьянскую среду в поисках моральной нормы.

Образ Платона сложнее и противоречивее, он чрезвычайно много значит для всей историко-философской концепции книги. Не больше, впрочем, чем Тихон Щербатый. Просто это - другая сторона «мысли народной». Литературоведами сказано много горьких слов о Платоне Каратаеве: что он непротивленец; что характер его не изменяется, статичен, и это плохо; что у него нет воинской доблести; что он никого особенно не любит и, когда погибает, пристреленный французом, потому что из-за болезни не может больше идти, его никто не жалеет, даже Пьер.

Между тем о Платоне Каратаеве Толстым сказаны важные, принципиально важные слова: «Платон Каратаев остался навсегда в душе Пьера самым сильным и дорогим воспоминанием и олицетворением всего русского, доброго и круглого»;

«Платон Каратаев был для всех остальных пленных самым обыкновенным солдатом; его звали Соколик или Платоша, добродушно трунили над ним, посылали его за посылками. Но для Пьера каким он представился в первую ночь, непостижимым, круглым и вечным олицетворением духа простоты и правды, таким он и остался навсегда».

Каратаев - уже немолодой солдат. Прежде, в суворовские времена, он участвовал в походах. Война 1812 года застала его в московском госпитале, откуда он и попал в плен. Здесь нужна была уже не воинская доблесть, а терпение, выдержка, спокойствие, умение приспособиться к условиям и выжить, дождаться победы, в которой Платон был уверен, как всякий русский человек того времени. Выражает он эту веру по-своему, пословицей: «Червь капусту гложе, а сам прежде того пропадае». И потому правы исследователи последнего времени, которые подчеркивают крестьянскую крепость, выносливость, трудолюбие, оптимизм Каратаева как важные положительные, истинно народные черты. Без умения терпеть и верить нельзя не только выиграть трудную войну, но вообще жить.

Каратаев - фигура гораздо менее самостоятельная в идейно-композиционном отношении, чем другие солдаты и мужики в «Войне и мире». Данила, Щербатый, Мавра Кузьминична имеют значение сами по себе. Каждого из них можно изъять из текста романа, сделать героем небольшой новеллы, и он не потеряет своего художественного значения. С Каратаевым этого   сделать нельзя. Его появление в романе и трактовка его характера в противоположность другим персонажам из народа обусловлены    основной линией романа - линией Пьера и теми явлениями жизни, на фоне которых он выступает. Образ Каратаева в романе выполняет совершенно ясную задачу - противопоставить   искусственности   и   условностям аристократии простоту, правду крестьянской жизни; индивидуализму Пьера - воззрения крестьянского мира; злодеяниям захватнической войны с ее мародерством, расстрелами и надругательствами над человеческой личностью - идеальные формы альтруизма; общей идейной и нравственной растерянности - спокойствие,    твердость    и    ясность жизненного   пути русского мужика. Причем все эти качества - простота и    правда,    мирское,    коллективное начало в мировоззрении, высокая   этика    альтруизма и спокойная твердость мировоззрения - мыслились    Толстым    как    исконные свойства   русского народа, которые он воспитал в себе веками своей многотрудной жизни и которые являются его прочным национальным достоянием.   В   этом - бесспорный   положительный идейный смысл образа Каратаева, который, как многие художественные элементы толстовских произведений, гиперболизирован    и    не    является натуралистической иллюстрацией   идеологии автора.

Новый внутренний перелом и возвращение «к вере в жизнь» дает встреча Пьера в балагане для военнопленных, куда героя отвели после казни мнимых поджигателей, с Платоном Каратаевым. Происходит это потому, что Платон Каратаев воплощает в себе совсем другую сторону «коллективного субъекта», чем Даву или исполнители казни над поджигателями. Все духовное, философски сложное, что рисуется Толстым при изображении Пьера, находится в прочных внутренних связях, в «сопряжении» с социальным. Крестьянское социальное начало в своих внутренних нормах влечет к себе Пьера неизменно начиная, с Бородинского сражения; «рассословившись», как бы сбросив с себя все внешние оболочки, как бы глядя прямо на самые последние, решающие вопросы жизни, Пьер обнаруживает связь, «сопряжение» этих вопросов с проблемой народа, социальных низов, крестьянства. Как бы воплощением самой сути крестьянской стихии предстает в глазах Пьера Платон Каратаев. Пьер был в состоянии полного развала веры в жизнь; именно путь к жизни, к ее внутреннему смыслу и целесообразности, и открывается Пьеру в общении с Платоном Каратаевым: « - Э, соколик, не тужи, - сказал он с той нежно-певучей лаской, с которой говорят старые русские бабы. Не тужи, дружок час терпеть, а век жить!» После первого же вечера общения Пьера с Платоном Каратаевым говорится: «Пьер долго не спал и с открытыми глазами лежал в темноте на своем месте, прислушиваясь к мерному храпенью Платона, лежавшего подле него, и чувствовал, что прежде разрушенный мир теперь с новой красотой, на каких-то новых и незыблемых основах, воздвигался в его душе». Такие смены, скачки решающе важных внутренних состояний возможны и правдивы только в том исключительно напряженном положении, в котором находится Пьер. В душе героя как бы собрались воедино, сконцентрировались все противоречия его жизни; Пьер доведен до пределов, до последних граней своего существования, и «последние» вопросы жизни и смерти выявились перед ним в прямой, ясной, окончательной форме. В эти минуты сам способ поведения Платона Каратаева, каждое его слово, жест, все его повадки как бы являются ответами на мучившие Пьера всю жизнь вопросы.

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » Платон Каратаев глазами Пьера Безухова . Литературные сочинения!

Платон Каратаев глазами Пьера Безухова