Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Рассказы Чехова о собственных путешествиях

 «Меня окружает густая атмосфера злого чувства,- писал Антон Павлович сестре,-крайне неопределенного и для меня непонятного. Меня кормят обедами к поют мне пошлые дифирамбы и в то же время готовы меня съесть-. Не люди, а какая-то плесень». Поездка на Сахалин расширила общественный кругозор писателя и тематику его произведений. Ведущей в творчестве Чехова стала тем”а народа, обреченного самодержавием на физическое и духовное вырождение. Открыто и гневно заговорил питатель о том, что смириться с общественным злом - значит отказаться от всего самого чистого в человеке, от светлого будущего, вера в которое живет в народе. Человек остается человеком, лишь сохранив в любых условиях способность к протесту против насилия и произвола, этой мыслью проникнуты написанные после возвращения с Сахалина рассказы «Гусев»” (1890) «Бабы» (1891), «В ссылке» (1892).

Рассказ «Гусев» Чехов начал писать на Цейлоне. Здесь, среди ослепительной природы тропиков родился замысел одного из самых печальных произведений писателя. С Дальнего Востока возвращается в Россию партия отслуживших свои срок солдат. Чтобы избавиться от тяжелобольных, которые только портят” своими смертями отчетность, врачи, обманув пароходное начальство, включили их в одну партию со здоровыми. Среди них умирающий от чахотки солдат Гусев.

Духота, качка… В предсмертном бреду мечется на своей койке Гусев. Ему чудится родная деревня, снег… Стоит Гусеву прийти в себя, как его начинает одолевать разговорами сосед, чахоточный Павел Иванович. Беспокойный человек! чиновником, мог бы, кажется, жить припеваючи, так нет же - разругался с начальством, а теперь возвращается на родину бедняк-бедняком, в третьем классе, куда господа и не заглядывают. От болезни Павел Иванович совсем изнемог, а все ругается, все грозится кому-то. Равнодушно слушает Гусев Павла Ивановича. Сердиться, по его мнению, решительно не на что. Солдатчина отняла у Гусева не только здоровье, она лишила его способности видеть несправедливость. «Дай бог каждому такой жизни», - говорит он, вспоминая, что за гады солдатской службы он «бит был… не больше одного раза». Страстный протест мыслящего человека-Павла Ивановича - противопоставлен в рассказе тупой покорности Гусева.

  • «Вы люди темные, слепые, забитые, - говорит Павел Иванович солдатам, - ничего вы не видите, а что видите, того не понимаете… По шее вас бьют, БЫ ручку целуете. Я же другое дело… Вижу произвол - протестую, вижу торжествующую свинью - протестую. И я непобедим, никакая испанская инквизиция не может заставить меня замолчать… Отрежь мне язык, буду протестовать мимикой, замуруй меня в погреб - буду кричать оттуда так, что за версту будет слышно, убей меня - буду являться тенью».

Чехов понимает, что не по плечу бунтарю-одиночке Павлу Ивановичу открыть глаза обездоленным, но он дорог писателю тем, что пренебрег собственным покоем, преодолел, страх перед сильными. Подводя итог своей жизни, Павел Иванович с гордостью может сказать, что он «казны не грабил, инородцев ‘ не эксплуатировал, контрабандой не занимался,’ никого не запорол до смерти». На краю могилы Павел Иванович не хочет думать о смерти: сколько созрело у него в душе горьких мыслей, которых он не успел высказать, сколько ходит подлецов по свету, которых он не успел обличить. Гусев и Павел Иванович умирают, так и не добравшись до родины. По морскому обычаю, их тела зашивают в мешок и бросают в море.

В Венеции в окна долетал только Блеск весел да песни гребцов. Во всем городе не было ни одной лошади, ни одного экипажа, громыхающего колесами по мостовой, не было даже мостовой. Каналы, то широкие, как проспекты Петербурга, то узкие настолько, что можно было, раздвинув руки, достать стены домов, перерезали город во всех направлениях. Днем, когда в них отражалось небо, казалось, город смотрит тысячью голубых глаз.

Целыми днями разъезжал Чехов по городу в гондоле, смотрел, как солнечные блики на воде сменялись дрожащими отражениями звезд и прибрежных огней, отвечал улыбкой на непонятные речи говорливого гондольера, В лиловатой мгле вставали громады дворцов  и  башен - свидетелей   минувшего  величия. Чехов побывал в Болонье, Флоренции, Риме, Неаполе, осмотрел развалины Помпеи, поднимался на Везувий. «Это очаровательная страна, - писал он сестре из Италии, - страна, где убеждаешься, что искусство в самом деле есть царь всего, а такое убеждение дает бодрость». После Италии ресторанный блеск Ниццы и Монте-Карло вызывал у Чехова брезгливое чувство: «В воздухе висит что-то такое, что, Вы чувствуете, оскорбляет вашу порядочность, опошляет природу, шум моря, луну». Две недели провел Чехов в Париже. Путешествия были страстью Чехова. «Человеку нужен весь земной шар», - говорил он, Ему хотелось больше видеть, больше знать. Но долгое пребывание вдали от России тяготило писателя. Под. чужим небом, среди людей, говорящих на чужом языке, ему работалось трудно: «корень его существа был в России».

  • «Я уже соскучился, - писал Антон Павлович из Парижа,- и новизна набила мне оскомину… хочется работать».

В конце апреля Чехов вернулся в Россию. В Богимове, где он провел лето, Антон Павлович вставал на рассвете и писал до вечера, выходя из своей комнаты только к обеду или на час-другой побродить в лесу. Летом 1891 года Чехов написал одно из интереснейших своих произведений - повесть. «Дуэль», в которой с большой силой сказался чеховский принцип гуманного отношения к человеку, вера в человека. Герой «Дуэли» - Лаевский, «как чужой или нанятой с другой планеты, не участвовал в общей жизни людей, был равнодушен к их страданиям, идеям… Не сделал людям ни на один грош, а только ел их хлеб, пил ид вино… жил их мыслями и, чтобы оправдать свою презренную, паразитную жизнь перед ними и самим собой, всегда старался придавать себе такой вид, как будто он выше и лучше их».

Дуэль с фон Кореном явилась для Лаевского решающим обстоятельством. Он начинает понимать весь ужас своего прежнего бесцельного и праздного существования и круто меняет свою жизнь: начинает работать, во всем ограничивает себя, выплачивает долги. Правда, Лаевский не видит ясной цели своей жизни, - не представляет ее четко и сам Чехов,–но у него появляется определенная убежденность, что, пусть и не он, а кто-нибудь другой, в конце концов отыщет настоящую правду.

  • «…В поисках за правдой люди делают два шага вперед, шаг назад. Страдания, ошибки и скука жизни бросают их назад, но жажда правды и упрямая воля гонят вперед и вперед. И кто знает? Быть может, доплывут ДО па стоящей правды…» В этих словах слышатся раздумья и самого Чехова, чувствуется его жажда новой жнзки, горячая вера в торжество правды и справедливости.

Сурово осуждал Чехов душевную дряблость, которая толкала русскую интеллигенцию на примирение с действительностью, отказ от борьбы. Герой повести «Рассказ неизвестного человека (1892), бывший народоволец, убедившись в бесплодности борьбы методами террора, не ищет новых путей. Сама идея: служения обществу стала ему чуждой. Он хочет лишь маленького личного счастья: «Жить - и больше ничего». Героические мечтания юности сменились довольством обыкновенной обывательской жизни. Ненавидя все нарочитое и показное, Чехов сделал положительными героями своих произведений простых, незаметных  на  первый  взгляд людей-тружеников.

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » Рассказы Чехова о собственных путешествиях . Литературные сочинения!

Рассказы Чехова о собственных путешествиях