Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Сказки и легенды братьев Гримм

Говорить о братьях Гримм - значит говорить прежде всего о сказках, собирателями и издателями которых они были. В наши дни сказки и легенды поражают воображение взрослого читателя чаще не в первозданной фольклорной форме, а как компонент современного художественного произведения. Имитированные легенды и сказки у А. да Сент-Экзюпери привлекли большое внимание не только юного, но и взрослого читателя, а легенда о манкуртах (людях, лишенных исторической памяти), рассказанная Ч. Айтматовым в романе «Буранный полустанок», приобрела прямо-таки острозлободневную актуальность. А между тем и сказки и песни сыграли свою незаменимую роль в процессе становления современных европейских наций. Новое гражданское самосознание, зародившееся в эпоху Просвещения во второй половине XVIII века, включало в себя и понимание самобытности исторического пути, языка, культуры, этнографических примет каждого народа. «Подлинную историю трудового народа нельзя знать, не зная устного народного творчества», - подчеркивал М. Горький.

Во многих странах мира к старинным рукописям начинают проявлять огромный интерес. В Англии епископ Перси, а позднее Вальтер Скотт собирают и издают старинные шотландские баллады. В Германии Гердер выступает страстным пропагандистом народной поэзии и в 1778-1779 годах выпускает сборник «Народные песни», где по-просветительски щедро ставит рядом немецкие, английские, испанские, греческие, шотландские, скандинавские, литовские, эстонские песни. И не случайно во втором издании сборник был назван «Голоса народов в песнях». В 1817 году в Вене была найдена и затем издана поэма «Кудруна» - наряду с «Песней о Нибелунгах» величайший памятник немецкого народного эпоса. Во Франции в 1824 году вышли «Народные песни Греции», а еще раньше были изданы сербохорватские песни Вука Караджича, с восторгом встреченные и братьями Гримм. В Финляндии еще в конце XVIII века начинается запись отдельных рун «Калевалы», завоевавших затем всемирную известность в обработке Э. Лёнрота. В 1804 году в Москве были изданы «Древние русские стихотворения». Этот сборник, больше известный сейчас по названию второго издания «Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым», впервые показал поистине неисчерпаемые богатства русских былинно-мифологических, исторических, сатирических и шуточных песен.

В. Г. Белинский писал о «Сборнике Кирши Данилова»: «Это книга драгоценная, истинная сокровищница величайших богатств народной поэзии, которая должна быть коротко знакома всякому русскому человеку, если поэзия не чужда душе его и если все родственное русскому духу сильнее заставляет биться его сердце». Среди деятелей мировой культуры, разумеется, было немало таких, кто любил фольклор, глубоко чувствовал его эстетические достоинства, признавал его познавательное и общекультурное значение. Наш великий Пушкин писал из Михайловского в 1824 году. «Знаешь ли мои занятия? До обеда пишу записки, обедаю поздно; после обеда езжу верхом, вечером слушаю сказки - и вознаграждаю тем недостатки проклятого своего воспитания. Что за прелесть эти сказки! Каждая есть поэма!»*** Писатели-романтики, особенно немецкие, вообще выдвигали сказку в центр литературы, считая ее высшим поэтическим жанром. «Сказка есть как бы канон поэзии. Все поэтическое должно быть сказочным:», - утверждал Новалис. И далее: «Истинная сказка должна быть одновременно пророческим изображением, идеальным изображением, абсолютно необходимым изображением. Истинный сказочный поэт есть провидец будущего»*. Поэт в глазах романтиков зачастую виделся в образе прорицателя, провидца, пророка, наивысшей же формой прорицания многим из них представлялась сказка. Такое высокое понимание сказки, даже своего рода обожествление ее было характерно и для таких крупнейших собирателей сказок, как братья Гримм или А. Н, Афанасьев, опубликовавший в 1855- 1863 годах более 600 народных русских сказок. Объединяя сказку с мифом и преданием, братья Гримм и развивавший многие их идеи А. Н. Афанасьев видели в ней метафорическое выражение древнейших поэтических воззрений народа, его представлений об окружающем мире. Поэтому они больше склонялись к мифологическому, чем к конкретно-историческому прочтению сказок. Якоб Гримм, например, выстраивая грандиозное здание «Немецкой мифологии» (1835), безо всяких оговорок включал сказочных героев в общий мифологический контекст. А. И. Афанасьев вслед за братьями Гримм много сил потратил на то, чтобы научить читать сказки не «буквально», а «в настоящем значении метафорического языка». И хотя современная наука подвергает сомнению некоторые их смелые лингвистические и мифологические сближения и параллели, сам поэтический метод их проникновения в стародавний народный метафорический язык оказывается плодотворным при сегодняшнем прочтении мифов и сказок.

Обращение к устному народному творчеству, разыскание и публикация памятников героического, мифологического и сказочного эпоса сыграли неоценимую роль в развитии европейских литератур. Без интереса к истории и национальному фольклору не только бы не было исторических романов Вальтера Скотта и «Фауста» Гёте, но и творчество Пушкина и Гоголя, Гюго и Бальзака и многих других великих писателей было бы значительно беднее. И только в таком широком контексте можно понять огромный размах неутомимой и поистине героической деятельности братьев Гримм, открытой всему миру лишь одной своей гранью, а именно «Детскими и семейными сказками». Три тома их вышли в Германии в 1812-1822 годах, а затем были переведены на многие языки и стали популярнейшей детской книгой. И в России они издавались десятки, сотни раз. Эта традиция сохранилась и в советское время. Не много, наверное, найдется у нас сейчас семей с детьми, где не было бы какого-нибудь издания сказок братьев Гримм. Не только дети, но и взрослые наверняка помнят тот чистый восторг, в который их привели незамысловатые похождения «Бременских уличных музыкантов», или героя «Сказки о том, кто ходил страху учиться», или «Храброго портняжки», убивающего семерых одним махом. А кого не растрогали злоключения легковерной «Белоснежки», работящей «Золушки», находчивого «Мальчика с пальчик»? Кому из нас в детстве не хотелось на денек-другой стать владельцем волшебной «Синей свечки»? Сколько всяких чудесных и необыкновенных приключений, насыщенных житейской мудростью и оптимизмом, сберегли для нас сказки и легенды разных народов! Богатство это поистине необъятно, но в собирании и сбережении его братьям Гримм принадлежит особое место. Они первыми среди европейских фольклористов осознали культурно-историческую, духовную и эстетическую ценность устной народной сказки - неотъемлемой части национальной культуры - такой же, как народные песни и героический эпос.

В наше время немало сделано для изучения текстологической истории «Детских и семейных сказок». Известно, что две главные «сказительницы», у которых братья Гримм записали наибольшее количество сказок (Мария Гассенпфлуг, а точнее, три сестры Гассенпфлуг и Доротея Фиман), были выходцами из семейств французских гугенотов, переселившихся в Германию. Естественно, что они рассказывали в основном перешедшие им по семейной традиции французские сказки. Именно поэтому почти все сказки Шарля Перро, да и другие французские сказки в несколько измененном виде попали и в сборник братьев Гримм. Сходство с Шарлем Перро было в отдельных случаях настолько очевидным, что братья Гримм после второго издания изъяли из своего сборника такие сказки, как «Кот в сапогах» и «Синяя борода», и по возможности постарались уменьшить сходство в остальных. Разумеется, текстологическая работа современных исследователей не ведет к переоценке сказок братьев Гримм «в негативную сторону, но лишь все отчетливее указывает на их европейский контекст», как удачно сформулировал итоги своих разысканий западногерманский ученый X. Рёллеке.

 

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » Сказки и легенды братьев Гримм . Литературные сочинения!

Сказки и легенды братьев Гримм