Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Гениальное чутье Диккенса на все нелепое

Мистер Подснеп решил считать как бы несуществующим все то, к чему ОБ повернется спиной. В такой манере отделываться от неприятностей была особая внушительность (не говоря уж о большом удобстве)… «Я не желаю об этом знать, не считаю нужным: обсуждать это; я этого просто не допускаю». Мистер Подснеп даже выработал себе особый жест: правой рукой он отмахивался от самых сложных мировых вопросов (и тем совершенно их устранял) - с этими самыми словами и краской возмущения в лице, ибо все это его оскорбляло» .

Вот, например, мистеру Подснепу говорят, что на улицах Лондона умирают от голода бедняки. Мистер Подснеп этому не верит и «отбрасывает» сообщение «за спину». Но это действительно так, убеждают его. Существуют документы и протокол полицейского расследования. Значит, умершие сами и виноваты, решает мистер Подснеп. И вообще предмет разговора «омерзителен» и никак не согласуется с тем, что страна процветает, и вообще это не «английское явление».

Так Диккенс не только высмеивает буржуазное процветание, приравнивая богатство к «мусору», он высмеивает, и очень зло, нежелание буржуазии видеть правду - «подснепизм» (слово это стало нарицательным для социального лицемерия). «Подснепизм» - общественное явление; он опасен тем, что воспитывается сызмала, уже в школе, и проникает повсюду. Учителя не желают знать о нищете и духовной скудости, в которой живут ученики. «Палачи» из работных домов делают вид, что заботятся о бедняках. Мистер Вениринг делает вид, что он на самой дружеской ноге с аристократами, которые ездят к нему роскошно пообедать. Юджин Рэйберн делает вид, что презирает общество, с условностями которого считается. Мистер Подснеп делает вид, что бедняков в Англии не существует. VI так во всем: всюду царит лицемерие и желание несправедливость, неразумие, абсурд выдать за нечто противоположное.

Надо сказать, в романе «Наш общий друг» «гениальное чутье Диккенса на все нелепое», о котором говорит Пристли, проявляется очень заметно. Одна нелепость следует за другой. Беллу, живого человека, «завещают», как столовое серебро. Ее мать, миссис Уилфер, каждую годовщину свадьбы убивается, что вышла замуж за «коротышку». Анатом-препаратор Ве-нус питает нежность к «французскому джентльмену» - скелету, «украшающему» его мастерскую. Вегг греет у огня свою деревянную ногу. Дорогой обеденный сервиз Венириягов изображает верблюдов, и «караван» их всегда «бредет» по столу. Бедняки вкладывают последние гроши в акции и обогащают Венирингов. То, что старик Гармон «нажил состояние на мусоре», тоже нелепо с точки зрения разума, как нелепы попытки Подснепа «отбрасывать в небытие» весь мир под тем предлогом, что «все это - не наше, не Англия».

Так ощущение нелепости в мелком и частном перерастает у Диккенса в ощущение нелепости крупных общественных явлений, всего буржуазного бытия и буржуазного сознания.

Диккенс работал над книгой, не щадя сил, невзирая на потрясения. За несколько месяцев до окончания романа он и Эллен Тернан попали в железнодорожную катастрофу и только чудом остались живы. Тем не менее он аккуратно подготовил очередной журнальный выпуск. Долг перед читателем был превыше всего, хотя читатель принимал «Нашего общего друга» не так охотно, как «Большие надежды». Наверное, потому, что великолепная лаконичность романа предыдущего наводила на мысль, что новый, пожалуй, несколько растянут.

Однако это было первое впечатление. Потом роман «Наш общий друг» станет одним из самых любимых и, кстати, как бы завещанием Диккенса. Роман вобрал в себя очень многое, о чем Диккенс думал, над чем страдал, к чему стремился всегда. Здесь и знакомые враги и знакомые герои. «Мусорщик» старик Гармон дополняет ряд диккенсовских жестокосердых богачей; Лиззи Хэксем самоотверженностью напоминает Крошку Доррит; калека-девочка, кукольная швея Дженни Реп, соединяет в себе героизм Нелли со смышленостью Маркизы; а доброжелательность и щедрость мистера Пиквика ожили в мистере Боффине, хотя слово «мистер» с фамилией «Боффин» не очень сочетается. Но, как бы то ни было, оба они - настоящие джентльмены в диккенсовом смысле слова, то есть люди «высоких душевных качеств», а из этого следует,- опять утверждает Диккенс,- что «джентльменом может стать всякий, кто поднимется на такую высоту».

То, что теперь Диккенс поднимает на эту высоту не ушедшего от дел негоцианта, а бывшего слугу (или кузнеца, как в «Больших надеждах»), убедительнее всего свидетельствует о его неизменной и бесконечной вере в народ, не угодно …

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » Гениальное чутье Диккенса на все нелепое . Литературные сочинения!

Гениальное чутье Диккенса на все нелепое