Готовые школьные сочинения

Коллекция шпаргалок школьных сочинений. Здесь вы найдете шпору по литературе и русскому языку.

Кто прав и кто виноват в романе Толстого «Воскресение»?

О графине Чарской Толстой рассказывает, тоже, как и его герой, «невольно улыбаясь». Но дальше -  и чем дальше, тем это заметнее - он все менее становится способным улыбаться. Обличая, он доходит до самой сердцевины социальной правды. Он не говорит правду, но кричит о ней. Он боится, что иначе его могут не услышать. Он записывает в дневнике: «Есть ужасные заслонки, замыкающие сердца и сознание людей и мешающие им принять истину. Как отворять их? Как проникать за них?». После тетушки Нехлюдова Толстой представляет читателю мужа тетушки, графа Ивана Михайловича, человека, по ироническому замечанию Толстого, «очень твердых убеждений». Это тут же поясняется: «Убеждения графа Ивана Михайловича с молодых лет состояли в том, что как птице свойственно питаться червяками, быть одетой перьями и пухом и летать по воздуху, так и ему свойственно питаться дорогими кушаньями, приготовленными дорогими поварами, быть одетым в самую покойную и дорогую одежду, ездить на самых покойных и быстрых лошадях, и что поэтому это все должно быть для него готово…».

Гнев Толстого, потребность сказать о людях всю истину до конца нарастают по море того, как он демонстрирует перед читателем все новых и новых представителей паразитического правящего сословия. Мы знакомимся с блестящей и насквозь лживой Майе, «которая живет с мужем, делающим свою карьеру слезами и жизнью сотен и сотен людей, и ей это совершенно все равно»; с сенатором Вольфом, считавшим себя «человеком рыцарской честности», но вместе с тем «погубить… разорить, быть причиной ссылки и заточения сотен невинных людей вследствие их привязанности к своему народу и религии отцов, как он сделал это в то время, как был губернатором в одной из губерний Царства Польского, он. не только не считал бесчестным, но считал подвигом благородства, мужества, патриотизма»; с бароном Воробьевым; с «заслуженным, но выжившим из ума» старым генералом, от которого зависело «смягчение участи заключенных в Петербурге»; и, наконец, с самым страшным и, быть  может, с самым   ненавистным   Толстому - Топоровым. Толстой так его характеризует: «Должность, которую занимал Топоров, по назначению своему составляла  внутреннее противоречие, не видеть которое мог только человек тупой и лишенный нравственного чувства. Топоров обладал обоими этими отрицательными свойствами…»; «Он относился к поддерживаемой им религии так, как относится куровод к падали, которою он кормит своих кур: падаль очень неприятна, но куры любят и едят ее, и потому их надо кормить падалью…».

Все эти Чарские, Вольфы, Воробьевы, Топоровы и прочие и худая женщина-крестьянка «с бескровным ребеночком в скуфеечке из лоскутиков» - явления, очевидно, противоположные по своему глубокому социальному смыслу. Но так же очевидно, что явления эти теснейшим образом связаны между собой. Толстой это хорошо понимает и делает все для того, чтобы это до конца поняли в его читатели. Понимает это и герой Толстого Нехлюдов: «Со времени своего последнего посещения Масленникова, в особенности после своей поездки в деревню, Нехлюдов не то что решил, но всем существом почувствовал отвращение к той своей среде, в которой он жил до сих пор, к той среде, где так старательно скрыты были страдания, несомые миллионами людей для обеспечения удобств и удовольствий малого числа, что люди этой среды не видят, не могут видеть этих страданий и потому жесткости и преступности своей жизни».

В романе «Воскресение» Толстой не только ведет дознание, не только судит правящее сословие и весь общественный и государственный уклад русской жизни - он выносит свой приговор. Всем ходом повествования Толстой ставит перед читателем вопросы: где правда? кто прав и кто виноват? где ложь и где истина? И всем ходом повествования, всем идейным строем своего романа он отвечает: правда там, где люди делают естественное дело жизни, работают, производят плоды земные, заняты серьезными, трудовыми интересами. Все другое - ложь. Этот свой вывод, свой окончательный приговор Толстой прямо провозглашает в заключительной главе второй части романа. Нехлюдов оказывается в вагоне 3-го класса, в окружении простых рабочих людей: «Да, совсем новый, другой, новый мир»,- думал Нехлюдов, глядя на эти сухие, мускулистые члены, грубые домодельные одежды и загорелые, ласковые и измученные лица, и чувствуя себя со всех сторон окруженным совсем новыми людьми с их серьезными интересами, радостями и страданиями настоящей трудовой и человеческой жизни.  Нехлюдов носит «чисто выглаженное белье», «как зеркало вычищенные ботинки», паркет в столовой, где он завтракает, натерт до блеска. Но кто. гладит, чистит,приготавливает, натирает? Только не Нехлюдов. «Натертый паркет», «чисто выглаженное белье» и проч.- это прямое доказательство паразитизма Нехлюдова. Это не только дополнительные детали к его характеристике, не только своеобразное выражение классовой сущности барина Нехлюдова, но и свидетельство в пользу обвинения. В «Воскресении» вещи сами обвиняют своих владельцев.

Здесь трудно обнаружить даже намек на какое бы то ни было осуждение: автору все нравится, все ему близко и мило. Тот же автор, Толстой, с гневом говорит о дорогих принадлежностях туалета не только Нехлюдова, но и его невесты Мисси Корчагиной. Автор тот же, но изменились времена. То, что может вызвать умиление у Толстого в 50-е и даже в 60 и 70-е годы, у Толстого, порвавшего со своим классом, усвоившего взгляд на вещи крестьянина, способно вызвать только прямое отрицание и гнев.

В «Воскресении» Толстой вместе со своим героем приходит к выводу, что «все бедствие народа или, по крайней мере, главная причина бедствия народа в том, что земля, которая кормит его, не в его руках, а в руках людей, которые, пользуясь, этим правом на землю, живут трудами этого народа. Земля же, которая так необходима ему, что люди мрут от отсутствия ее, обрабатывается этими же доведенными до крайней нужды людьми для того, чтобы хлеб с нее продавался за границу и владельцы земли могли бы покупать себе шляпы, трости, коляски, бронзы и т. п.».

Дорогие вещи, великолепная обстановка ставятся Толстым в непосредственную связь с условиями жизни тех, кого он почитает за «предмет», «положительное». Круг социальной ответственности замкнулся. Это они, владельцы шляп, тростей, колясок, те, кто носят золотые застежки и шелковые халаты, оказываются прямо виновными в вымирании людей. Внешние, портретные черты Масленниковых, Корчагиных, шенбоков, как и вещи, им принадлежащие, определяют степень их ответственности перед крестьянством, перед всем трудовым народом и служат авторскому обличению, авторскому суду.

Разумеется, «теневой» принцип изображения персонажей в «Воскресении» приводит к некоторому упрощению, к элементам схематизма. Но, читая роман, мы этого схематизма не замечаем. Схема, если она и есть, не разрушает художественного впечатления, а в известном смысле даже усиливает его. Прямая тенденциозность в «Воскресении» оказывается не в ущерб художественности. Все оправдывается нравственным максимализмом, порожденным не индивидуальным только, не исключительно толстовским, но и общественным сознанием.

Роман «Воскресение» писался Толстым в преддверии революции. Отсюда все его главные особенности. Предреволюционные эпохи всегда характеризуются всеобщим интересом к самым простым истинам и стремлением выразить их в самой резкой форме. Когда назревает в обществе   революционная   ситуация,   этот   процесс   выявляется, между прочим, и в том, что писатели революционного и демократического   направления  становятся   безразличными к оттенкам и тонкостям, а иногда и сознательно отталкиваются от них: они кажутся им не просто ненужными, но и нравственно неловкими, стыдными.  В литературе  наблюдается  стремление  к  предельной  ясности: ясности  до   крайней   черты,   до   признания   возможности схемы. Схема в такие эпохи не кажется уже противопоказанной искусству.  Когда  общественная совесть  неспокойна,  когда  происходит  бунт  совести,  она  приобретает черты истинности и живой жизни.

«Теневой» принцин характеристики в романе «Воскресение» - это средство предельного уяснения социальных истин, уяснения, столь необходимого обществу во времена духовных и революционных  кризисов. В этом смысле «Воскресение» Толстого может быть по праву признано и характерным, и итоговым явлением русского общественного романа XIX в. Его характерность - в тесной и глубокой связи с запросами эпохи, с ее грозовой атмосферой. Подобно тому как сама идея общественного романа была порождена  революционными  процессами, протекавшими в русской пореформенной жизни, эти же процессы определили и все особенности содержания и формы романа Толстого: его темы и композицию, его художественный метод и особенную стилистику.

 

 

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани - » Кто прав и кто виноват в романе Толстого «Воскресение»? . Литературные сочинения!

Кто прав и кто виноват в романе Толстого «Воскресение»?